Страх навредить себе или близким, почему он появляется?

Одним из проявлений обсессивно-компульсивного расстройства является страх навредить себе, при котором человека преследуют навязчивые, пугающие мысли, вызывающие сильное внутреннее напряжение. Подобные мысли не соответствуют истинным ценностям и убеждениям больного, что приводит к еще большим мучениям и переживаниям, нередко сопровождающимся угрызениями совести.

Как проявляется страх?

Внутри человека, который испытывает боязнь навредить самому себе, идёт бесконечная напряженная борьба. В его голове постоянно всплывают образы комнат, где хранятся предметы, которыми он может нанести себе увечья, а также образы самих опасных предметов. Больной боится собственных мыслей и начинает предпринимать попытки остановить их. Однако, чем больше он сопротивляется какой-либо чужеродной идее, тем навязчивее она становится. Так, больной начинает испытывать страх оказаться, например, в кухне поскольку там находятся ножи и другие режущие предметы, но при этом он чувствует навязчивую болезненную потребность туда зайти. Кроме того, больной пытается всячески избегать любой информации, способной спровоцировать возникновение негативных мыслей – не смотрит передачи или фильмы, где могут показываться случаи самоубийств, не читает новости и прочее. Для человека, испытывающего страх причинить вред себе, характерны следующие особенности:

  • постоянный анализ собственных мыслей, стремление обрести уверенность в том, что навязчивости ничем не обоснованы;
  • поиск причин, связанных с возможностью или невозможностью совершить тот или иной акт агрессии в отношении себя;
  • представление ситуаций, связанных с нанесением увечий и попытки доказать себе, что подобные сцены не могут вызывать ничего, кроме отвращения;
  • целенаправленное погружение в позитивные представления и образы, являющиеся абсолютной противоположностью навязчивость о причинении вреда;
  • чтение молитв, выполнение специальных «ритуалов», способных (по мнению больного) предотвратить опасные ситуации;
  • постоянные вопросы окружающим как поиск подтверждения, что пугающие представления не несут реальной угрозы и не делают их обладателя опасным человеком.

Появление навязчивых мыслей не говорит о том, что человек вынашивает идею каким-то образом навредить себе – напротив, он панически этого боится и приходит в ужас от образов и сцен, рождающихся в его голове. Подобная боязнь не имеет никакого отношения к реализации моделей поведения, связанных с самоповреждением (например, привычка резать руки). Опасения человека по поводу того, что он может совершить самоубийство не имеют ничего общего с суицидальными планами, способными стать реальностью. При наличии ОКР человека мучают мысли, что в какой-то момент он утратит контроль над собой и навредит себе, в то время как при реальной склонности к суициду человек прокручивает в голове сцены самоубийства и думает над тем, как воплотить их в реальность.

Причины и лечение

Развитие страха нанести вред себе может быть связано с рядом причин.

  1. Постоянные стрессы и переживания. Из-за длительного нервного напряжения нарастает внутренняя тревожность, провоцирующая появление неадекватных мыслей.
  2. Травмирующая ситуация. Любое событие, оставившее на психике человека негативный отпечаток, может привести к возникновению неврозов и фобий.
  3. Чрезмерная мнительность и эмоциональность. Люди, отличающиеся излишней восприимчивостью, нередко становятся заложниками собственных представлений и образов.
  4. Низкая самооценка и чувство вины. Человека, переживающего о том, что он сделал что-то не так или навредил кому-то, иногда могут преследовать мысли о нанесении вреда самому себе.

Лечение больного, преследуемого навязчивостями, обычно начинается с разъяснения, что подобные проявления не являются началом сумасшествия. Высокоэффективным методом при борьбе со страхами является лекарственная терапия. Применение медикаментозных препаратов подразумевает строго индивидуальный подход к каждому больному. Подобные состояния в большинстве случаев сопровождаются депрессией, лечение которой обычно приводит к уменьшению симптомов навязчивых страхов. Из препаратов чаще всего пациенту назначаются антидепрессанты, анксиолитики и бета-блокаторы.

Страх нанести вред себе может проявляться в течение всей жизни с самого детства. В любом возрасте возникновение подобных опасений способно причинить человеку сильную боль и существенно ухудшить качество его жизни. Отсутствие понимания природы ОКР нередко приводит к тому, что больные начинают считать себя опасными и неадекватными людьми, однако вероятность проявления агрессии в отношении самого себя у страдающих данным расстройством не выше, чем у всего населения в целом. Навязчивые мысли о нанесении себе увечий никак не указывают на то, что человек представляет опасность для себя или окружающих.

Что можно сделать самому

Для преодоления подобных фобий существуют различные разработанные специалистами методы, которые можно применить в домашних условиях. Все способы лечения можно разделить на два типа:

  1. Физический.
  2. Психологический.

К физическому методу борьбы с подобными расстройствами можно отнести психоэмоциональный отдых — это означает больше времени проводить с любимыми и близкими; прогулки по лесу, правильное питание, физические упражнения, бассейн — все это укрепит нервную систему, позволит почувствовать себя сильным, необходимым, укрепит веру в себя, поможет понять необоснованность фобии и полностью изменит отношение к ней.

К психологическому способу восстановления можно отнести несколько приемов:

  • Первый метод: способ основан на представлении страха в ярких красках, однако мысленные картинки должны иметь образ выключателя, на который человек после представления должен нажать.
  • Второй метод: необходимо встать перед зеркалом, представить себя актером и убедить зрителя, что плохие мысли и страх себе навредить — это нелепость.
  • Третий метод: при вдохе человек представляет, что по его телу разливается смелость, а при медленном выдохе вылетают все фобии.

При выполнении этих методов возможно самостоятельное преодоление страхов. Однако если заболевание прогрессирует, следует обязательно обратиться к врачу.

«Я не выдыхаю в присутствии своих близких, чтобы не навредить им»

Полина, 22 года, Кемерово:

В четыре года меня покусала собака, 13 шрамов оставила. Вскоре я стала делать все симметрично: касаться правой и левой рукой предметов одинаковое количество раз, кусать губы справа и слева. Я могла сбиться со счету и кусала губы до крови, чтобы достичь баланса. Со ступеньками и тротуарной плиткой — аналогично: надо наступить на одинаковое количество ступенек и на каждом пролете чередовать ногу для первой ступени. Асимметрия доставляет мне дискомфорт. Я пишу и работаю обеими руками по этой же причине.

В пять лет у меня появилась фобия, связанная с дыханием. Если я вдохнула, глядя на что-то неприятное, больное, некрасивое, то выдохнуть надо на небо. Глядя на близких и родных, я не выдыхаю, потому что думаю, что я вдыхала много всякого и могу им навредить.

Я так часто задерживаю дыхание, что у меня начинает кружиться голова. Я пыталась убедить себя, что от моего дыхания ничего в мире не изменится. Не получилось

С возрастом страхи только усилились. Я вышла замуж. Перед уходом на работу вдыхала, смотря на мужа, и бежала закрывать дверь, боясь дышать — для меня это стало ритуалом. Иначе думала, что он уйдет и не вернется. Вскоре в семье начались проблемы. Оказалось, что муж совсем несамостоятелен и живет одним днем, как стрекоза из басни. Я любила его и боялась уйти, хотя это был логичный исход отношений — уйти от того, кто сел на шею. Он сам ушел, когда я перестала выполнять ритуал. Головой понимаю, что это случилось, потому что я ему все высказала, но часть меня говорит, что это из-за ритуала.

Сейчас я так часто задерживаю дыхание, что иногда у меня кружится голова от гипоксии. О моих проблемах никто из близких не знает. Я пыталась убедить себя, что от моего дыхания ничего в мире не изменится. Не получилось. Я бы сходила на прием к специалисту, но где его найти, я не знаю.

«Я не могла уснуть, вспомнив, что что-то не помыла»

Ольга, 24 года, Подольск:

В два года у меня начался хронический бронхит, я болела чаще, чем ходила в сад. Так что со сверстниками почти не общалась. В школе у меня тоже не было друзей: надо мной смеялись из-за кривых зубов. Я была тихой плаксой, не могла дать сдачи или что-то ответить. Меня пинали, на меня плевали, портили мои вещи и ими же били, обзывали просто так, потому что это было весело.

Тем временем мои родители разошлись. Мама работала с утра до ночи и дома почти не появлялась, а старший брат был сам по себе. Я ушла в себя и много фантазировала; в своем мире было гораздо лучше, чем в реальности.

Однажды, когда мне было 13 лет, мама попросила помыть посуду. Я провозилась на кухне полдня: вымыла посуду, раковину, столы, полки, плиту. Мама застала меня с зубной щеткой, моющую плинтус. С тех пор я каждый раз намывала все так, что в СЭС бы ахнули. Я не могла уснуть, вскакивала, вспомнив, что что-то не помыла. Потом из-за усталости я перестала убираться вовсе, но начала грызть ногти, накручивать волосы на палец и вырывать их с корнем.

В 15 лет я познакомилась в интернете со своим будущим мужем. Это были мои первые отношения. Со втоптанной в плинтус самооценкой сложно было поверить, что я кому-то нравлюсь. Он сделал меня другим человеком, более уверенным в себе. Его семья и друзья принимали меня — о другом я и мечтать не могла. Первое время он смеялся над тем, как я увлекаюсь уборкой. Говорил «притормози», при этом он не считал мое поведение странным, это была моя особенность.

Когда родилась дочь, меня поглотила депрессия, и навязчивые мысли начали возвращаться. Все стало совсем плохо, когда ребенку поставили диагноз «аутизм»

Когда родилась дочь, меня поглотила депрессия, и навязчивые мысли начали возвращаться. Все стало совсем плохо, когда ребенку поставили диагноз «аутизм». Я делала все на автомате: каждый день одно и то же, я одинаково убиралась, ставила вещи в определенном порядке, гуляла по одному маршруту. В голове творился хаос, я впадала в ужас от своих мыслей, думала о том, что будет после моей смерти, как будут реагировать люди. Что самое ужасное, я думала о смерти ребенка. Я не могла избавиться от этих мыслей, они добивали меня. На работе мое состояние играло мне на руку: в мои обязанности входила уборка, и с этим проблем не было. Оставаясь с собой наедине, я заглушала мысли музыкой.

Психиатр моего ребенка обратил внимание на мое поведение и посоветовал обратиться к врачу, но я до сих пор к нему не иду. Для меня это непроходимый барьер. Я начала больше заниматься собой и заметила, что музыка хорошо на меня влияет. Слушаю то, что ассоциируется с хорошими воспоминаниями, вдохновляет и настраивает на нужный лад. Пересиливаю свои навязчивые действия. Муж меня очень поддерживает: например, когда я ложусь спать и знаю, что закрыла дверь, но не уверена, он меня отвлекает, чтобы я не сорвалась и не побежала проверять. Близкий человек — лучшее лекарство.

«Когда вижу новости про аварии и теракты, с катушек съезжаю»

Варвара, 25 лет, Москва:

В пять лет у меня начался тик, а в школе — ритуалы: если не сделаю перед сном несколько определенных движений, в школе будет неудачный день.

Лет в 16–17 это прошло само собой, но остались навязчивые мысли. Они связаны с насилием над близкими людьми и животными. Я очень люблю мою семью и еще очень люблю животных, и не хочу, чтобы с ними что-то случилось. Иногда этот страх приводит к тому, что я начинаю прокручивать в голове сцены, от которых невозможно отвязаться. Я предполагаю, что проблема уходит корнями в детство: могла случайно увидеть какой-то кровавый ужастик по телевизору и впечатлиться. Во время приступов навязчивостей начинаю проецировать нечто подобное на своих близких. Даже когда вижу новости про аварии, теракты, катастрофы, съезжаю с катушек: начинаю бояться за близких и воображать в красках все ужасы.

Мне стало сложно работать на ответственной работе. По образованию я инженер, но сейчас устроилась простым курьером

Еще есть навязчивый страх материализации мыслей. Тогда я снова совершаю «ритуалы»: произвожу движения руками и сильно встряхиваю головой, чтобы выбить эти мысли из головы, до тех пор пока как будто бы физически не почувствую, что они исчезли. Сильнее всего меня накрывает по ночам, если сильно понервничаю, и еще почему-то осенью.

Четыре года назад я обратилась к врачу. Он диагностировал навязчивые состояния и тревожно-депрессивное расстройство, прописал антидепрессанты. Принимала я их на протяжении трех лет. ОКР отступило, навязчивости заметно ослабели, стало гораздо легче фильтровать мысли. Но, к сожалению, лекарства действовали только первый год и от них было много побочек: полное отсутствие аппетита, какой-то абсолютный пофигизм, бессонница, скованность во всем теле, легкая дрожь. Антидепрессанты я не принимаю уже год, мое состояние сейчас относительно стабильное, иногда появляются навязчивости, но несильно и нечасто. Заметила, что если не допускать стрессовых ситуаций, не смотреть агрессивные фильмы и передачи со всякими ужасами, не пить алкоголь, то становится немного легче.

Мне стало сложно работать на ответственной работе. По образованию я инженер, но сейчас устроилась простым курьером. Трудно общаться с людьми, очень сильное равнодушие ко всему, иногда вообще пропадает желание хоть что-то делать. Сложно не то что выйти из дома, а даже дома какие-то дела делать. Окружающим ничего об этом не рассказываю. Даже в семье не особо разговариваем на эту тему. Только один раз я поделилась этим с мужем, он не обратил внимания и забыл об этом уже на следующий день.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *